Фрейд осознанные сновидения

Глава 8

На этой позиции я чувствую себя наиболее комфортно. Я полностью согласен с сэром Ричардом Бартоном относительно того, что истина – зеркало, разбитое на множество осколков; и каждый верит, что его осколок – это целое.

Возможно, мы сможем собрать воедино множество осколков, чтобы достаточно точно отобразить реальность сновидений. На протяжении столетий многие люди спорили на тему, являются ли сны испорченными детьми с праздным умом, небесными посланиями божественной мудрости или чем-то средним. Давайте ограничим обсуждение научных теорий сновидения нашим временем, XX веком, и начнем его, пожалуй, с Зигмунда Фрейда.

Чтобы понять фрейдовский взгляд на сновидения, нужно рассмотреть его концепцию мозга сновидца. Сегодня нам известно, что нервная система состоит из двух типов нервных клеток: возбуждающих и подавляющих. Оба типа способны разряжаться и передавать электрохимические импульсы другим нейронам. Они делают это спонтанно, безо всяких внешних стимулов, как только принимают возбуждающий импульс от других клеток. Если нарушается равновесие, и импульсы начинают передаваться между возбуждающими нейронами, то происходит повышение нервной активности, наступает возбуждение. Подавляющие нейроны дают сигнал об уменьшении активности, ее подавлении. Человеческий мозг представляет из себя невообразимо сложную сеть связей между нейронами разных типов. В принципе, более важную роль в высшей нервной деятельности играют подавляющие нейроны.

Перед тем как разработать теорию сновидений, Фрейд интенсивно изучал нейробиологию. Однако в то время был известен только процесс возбуждения; процесс подавления еще не был открыт. Основываясь на предположении о возбудительной функции нервной системы, Фрейд полагал, что нервная или, по его выражению, психическая энергия способна разряжаться только через моторные реакции. Это означает, что пришедшая в голову идея будет вечно беспокоить человека, пока он не решит что-нибудь с ней сделать. Иначе она сама найдет способ бессознательно выразиться в каком-либо непреднамеренном действии, подобном знаменитой «фрейдовской оговорке».

Такой устаревший взгляд на нервную систему был в шутку назван моделью «кошки на раскаленной крыше» с «устойчивой тенденцией к генерации потоков энергии, которые поддерживают эго и сознание в состоянии бешеного движения»(1). Теперь мы знаем, что если бы такая нервная система и существовала, то она постоянно проявлялась бы в необъяснимой активности. Опираясь на научные данные своего времени, Фрейд считал подсознание своеобразным котлом, бурлящим импульсами и желаниями, не принимаемыми обществом, но полностью объяснимыми. А теперь, отталкиваясь от этого, начнем знакомство с его теорией.

После тридцати лет исследований мы знаем, что сновидения вызываются вовсе не желаниями или какими-то другими психологическими причинами, а периодическим биологическим процессом – БДГ-сном. Исходя из этого, мы можем сделать вывод, что желания не играют в сновидениях никакой роли. Из этого, согласно фрейдистской концепции значений, автоматически следует, что ни один сон не имеет значения! И это не все новости, которые современная нейробиология припасла для Фрейда. Худшие мы оставили для следующего раздела. Единственной хорошей новостью может служить то, что каждое сновидение сопровождается сексуальным возбуждением, выражающимся у мужчин эрекцией, а у женщин усилением вагинального кровообращения. Если бы Фрейд мог слышать это, он посчитал бы данный факт полным подтверждением его предположения о том, что в основе любого, или почти любого, сна лежит секс.

Осознанные сновидения

Мы закрываем глаза и буквально через несколько минут отправляемся в странствие по незнакомым мирам, встречаемся со странными обитателями этих миров, считаем их абсолютно реальными. Такие путешествия во сне могут стать богатыми источниками прозрений. Во многих мировых культурах, религиях сны считаются не только «царской дорогой» в бессознательное, как сказал Фрейд, но и царской дорогой к мудрости и пробуждению.

Особенно волнующие они в осознанных сновидениях, то есть состояниях, когда спящий осознает, что он спит. В таких снах он способен управлять своими сновидениями точно так же, как и шаман своими путешествиями. Спящий может визуализировать путешествие в этом и других мирах, встречи с иными существами, может заниматься исследовательской работой, задавать вопросы, учиться. Наиболее разработана эта техника в тибетской йоге сновидений. В ней йог использует осознанные сновидения для изучения природы своего ума или, подобно шаману, для путешествия в иные миры за новыми учениями.

Стивен Лаберж писал: «Что бы ни утверждали йоги, но современные исследования однозначно подтвердили реальность феномена осознанных сновидений. Сегодня стали доступными тренировочные программы по их овладению. Благодаря этим программам то, что раньше было секретной техникой, известной лишь в тибетских монастырях, каждый может теперь изучить в своей собственной уютной постели».

Сон – это треть прожитой нами жизни. Область, таящая в себе еще много загадок. Засыпание универсальная защита мозга (другой вид занятости ума, символ его беспокойного характера). Как и всякое физиологическое явление, засыпание имеет свой нейрохимический язык, свои индивидуальные характеристики работы мозга в его жестких и гибких структурах. Сон устраняет заслон бодрствующего сознания, открывая дорогу творчеству сновидений, и тогда подсознание может повести нас в фантастические путешествия, в переживание других жизней, где можно участвовать в событиях своих снов и даже влиять на них, изменяя сюжетную канву драматического действия.

Древняя китайская мудрость говорит: сны – это сокровищница знания и опыта. В Древней Греции люди посещали храмы сновидений, чтобы там во сне найти ответы на свои вопросы. Сны считались источником мудрости. Согласно «Доктрине состояния сна», древнему тибетскому йогическому руководству, практика определенных техник контролирования сна дает возможность видеть во сне все, что только можно себе вообразить; говорится, что сон является естественным восстановителем энергии. Индусы считали, что продвинутые йоги могут делать в своих сновидениях практически все. Они могут стать драконами или мифическими птицами, стать больше или меньше, исчезнуть, возвратиться в детство и заново прожить свою жизнь или даже путешествовать во Вселенной.

Существует древний опыт моделирования снов, опыт осознания себя во сне. Это и есть феномен осознанных сновидений. Техники создания определенного настроя в бодрствующем состоянии с целью переноса его в сновидение используются тибетскими буддистами уже более тысячи лет для достижения осознанности своего бытия. Специалисты считают, что они происходят из учений афганского мастера по имени Лавана и перенесены в Тибет в VIII в. Падмасамбхавой, основателем тибетского буддизма. Тибетские учения передавались из поколения в поколение вплоть до того времени, когда на Западе появилась «Йога состояния сна» – манускрипт, составленный в XVI столетии и переведенный на европейские языки в 1935 г., где описаны несколько техник «постижения природы состояния сна» (то есть осознанных сновидений).

В настоящее время выдвигаются многочисленные научные обоснования теории осознанных сновидений. Исследовательские группы ученых работают по изучению взаимосвязи во время сна сознания и тела в лабораториях с добровольцами онейронавтами (oneironaut – означает «исследователь мира сновидений»). Они работают над методами вызывания, продления и использования осознанных сновидений. На эту тему хорошо известны стэндфордские исследования.

Выяснилось, что при соответствующей тренировке люди могут научиться входить в сон при неполностью выключенном сознании. Для этого нужно проявлять способность проводить грань между объективным миром и плодами своего воображения. Это требует определенных усилий в овладении этим искусством. Для этих целей появились многочисленные самоучители поэтапного руководства в освоении и использовании осознанных сновидений.

Во сне ощущения могут быть столь же разнообразны, как и наяву. Вы можете видеть, слышать, осязать, обонять, ощущать вкус, думать с тем же успехом, что и в реальной жизни. Главное отличие состоит в том, что «мультисенсорный» мир, воспринимаемый вами во время сна, возникает внутри вас, а не во вне. Появляется возможность контроля над сном, а также применения техники изменения содержания и хода снов по своей воле. При этом возможно, не желая проживать тот или иной сюжет, изменять его своей мыслью и за счет воображения в том направлении, какое вас устраивает.

Как бодрствовать в своих сновидениях?

Как контролировать мысли во сне? Чем мы ощущаем себя во сне? Для ответов на эти вопросы, нужно знать методику осознанных сновидений. Бодрствующее сознание постоянно влияет на события снов, определяя их направленность, точно так же, как оно делает это в обычной жизни. При пассивном бодрствовании внимание перемещается с внешней информации на внутреннюю. Мы как бы спим наяву. Какая то часть нашего мозга начинает моделировать не реальный, окружающий нас мир, а мир потенциальный. Когда спящий мозг активизируется в достаточной степени, в нашем сознании возникает модель мира, которая обычно не зависит от происходящего вокруг нас. И мы называем это сном. Во сне осознаем мир, созданный воображением. Для нашего мозга нет разницы, во сне или наяву выполнять то или иное действие. Этот вывод объясняет, почему сновидения кажутся такими реальными.

Чтобы овладеть осознанными сновидениями, требуются знания методики и техники настроя. Состояние гипногогического сна – это состояние сознания между бодрствованием и сном. Такое состояние называется промежуточным, то есть человек и не бодрствует, и не спит. Галлюцинации, которые появляются в этом состоянии, отличаются от сновидений. Спящие обычно участвуют в событиях своих снов, а в гипногогическом сне человек отстранено просматривает то, что показывает ему его подсознание, и притом обычно осознает реальность.

В Средние века в магический обряд входили осознанные сновидения.

Для того чтобы успешно войти в такое состояние, нужно знать определенные приемы настроя.

1. Требуется расслабление каждой мышечной группы; сосредоточение на своем дыхании, углубление дыхания; активизирование в голове поиска цели и определенного будущего сюжета сновидения; самовнушение; наблюдение за видениями; вход в сновидение; постоянный самоконтроль.

2. Во время погружения в сон очень важно наблюдать за собой, как сознание переходит в состояние сна. Постепенно можно приобрести способность сознательно контролировать себя вплоть до момента погружения в сон.

3. Овладев самосозерцанием процесса погружения в сон, нужно мысленно, с помощью воображения построить перед собой определенную сцену, твердо удерживая на ней свое внимание. Затем в самый последний момент перед погружением в сон следует сознательно перенести себя в эту картину.

Проявив терпение, после тренировки можно научиться переносить свое сознание прямо в состояние сна и таким образом приобрести удивительную ценность – умение управлять мыслью. При этом сильно развивается образное мышление и воображение. После этого можно будет вступать в картину сновидения и продолжать видеть сон сознательно, и всегда есть возможность направлять и переделывать сюжет сновидения по своему усмотрению. Это будет истинное осознанное сновидение, по окончании которого происшедшее помнится с абсолютной точностью. Со временем, в результате практики, опыта, можно будет вызывать желаемый сон. Именно контроль за сновидениями является методом существования осознанных сновидений.

Согласно З. Фрейду: «Любой сон является воплощением желания». А по мнению философа П. Д. Успенского: «Человек во сне не может думать о себе, если только сама мысль не есть сон».

Вот несколько фрагментов осознанных сновидений разных людей: «Машина сама вернулась обратно на дорогу, как только я понял, что не хочу попасть в аварию»; «Я открыл запертую дверь исключительно при помощи своего желания»; «Я воспринял окружающее, как после принятия ЛСД»; «Находясь под водой, я тем не менее дышал»; «Каким то образом я мог видеть без очков»; «Я слышал разговор двух мужчин, которые находились от меня очень далеко»; «Я один ночью в открытом океане, но страха и переживаний нет; я подумал о клочке земли и тут же увидел райский остров». Эти краткие описания моментов осознанных сновидений показывают, что в них главная движущая сила – это мысль: только человек о чем то подумал, как его желание тут же превращается в реальность.

Приведу пример осознанного сновидения и управления им, предоставленный врачом М.

Осознанные сновидения – это один из феноменов особого состояния сознания. Он во многом объясним с точки зрения работы мозга, психологии. А вот феномен ВИТ, то есть «выход из тела», является наиболее загадочным и таинственным явлением из всех, который может появиться в жизни человека. Е. И. Рерих при жизни посетила несколько планет Солнечной системы и описала их с поразительной точностью. На Луну путешествовал Порфирий Иванов. Все эти полеты осуществлялись без всяких технических устройств. Это были полеты в тонком мире. Астральное тело покидало свою оболочку и свободно перемещалось во Вселенной. Когда подобный опыт проделал К. Циолковский, он понял, что жизнь бесконечна. Сознательный выход из астрального тела осуществили Н. Федоров, Е. Блаватская.

Тайна сновидений

Тайна сновидений. Просто о сложном в теории З.Фрейда.

Чем более странным нам кажется сон,

тем более глубокий смысл он несёт.

Толкование сновидений — книга, на мой взгляд, сложная. Читать её тяжеловато. Часто встречается медицинская терминология. Тем не менее – это основа основ в психотерапии, прочитать и понять её важно не только психотерапевтам, но и людям, ищущим себя, желающим знать и понимать себя лучше.

В этой статье я хотела бы очень коротко попробовать разъяснить смысл всей книги, так как название её попахивает мистикой и чаще отталкивает читателей, не занятых в этой профессии. Я считаю, что всем необходимо читать такие книги. Мы стремительно движемся вперёд, люди всё более интересуется познанием себя. Изучение подобной научной литературы, возможно, поможет в создании совершенно нового, более аутентичного общества.

Смысл сновидения очень прост – это осуществление желания.

В течение дня мы испытываем разные желания и связанные с ними эмоции. Не все наши желания удовлетворяются, и в связи с этим мы испытываем негативные эмоции. Наш удивительный организм – саморегулирующая биологическая система, способна поддерживать себя в состоянии равновесия, гомеостаза. Избыток негативных эмоций плохо сказывается на состоянии нашего организма. Чтобы уравновесить систему нам снится сон, в котором в символичной, порой кажущейся абсурдной форме наше желание удовлетворяется. Фрейд хорошо это показывал на сновидениях детей.

Сновидение – полноценный психический акт, неотъемлемая и очень нужная часть нашего существования.

Исполнение желания в детских сновидениях более наглядно, чем во взрослых. Так, например, он описывает сновидение его маленькой дочери, которой снится, что в комнату заходит мама и бросает под кровать горсть шоколадных конфет. Как оказалось, днём мама с детьми возвращалась с прогулки, и дети попросили её купить им конфет, но им было отказано, так как в этот день уже были исполнены все их желания. Таким образом, неудовлетворённое желание в виде конфет реализовалось у девочки в ночном сновидении.

У взрослых психические процессы развиты гораздо сложнее, чем у детей. Поэтому и сны кажутся на первый взгляд непонятными, не всегда приятными и даже страшными, но при более внимательном рассмотрении всё встаёт на свои места.

Зачем расшифровывать сон?

Скрытые во сне мысли до толкования не осознаются человеком. В структуре нашей психики есть цензор, названный Фрейдом «Сверх Я», который не допускает наши скрытые желания до сознания. Не допускает так как эти желания «неприемлемы» сновидцем. Желания, которым человек внутренне сопротивляется, вытесняет, но они есть. Так, например, Фрейд описывает сновидение женщины, которой снится, что к ним на ужин должны прийти гости, а в доме нет продуктов. На первый взгляд, кажется, что желание, наоборот, не выполняется. После проведенного анализа выясняется, что на ужин должна была прийти подруга женщины, которая мечтает поправиться, а её мужу нравятся «полненькие». Таким образом, выполняется желание женщины: она ревнует мужа и оставляет свою тощую подругу без ужина.

Расшифровывая сон, мы узнаём о том, что беспокоит нас, что является для нас важным в данное время. Возможно, открытие вас удивит и даст ответы на многие вопросы.

Современное научное обоснование

С появлением аппаратов, способных улавливать электрические сигналы, поступающие из головного мозга, появилась возможность проверить теорию Фрейда.

Учёные изучали электроэнцефалографические данные спящих животных (Т.Н. Ониани), и в фазе «быстрого» сна (именно в эту фазу нам снятся сны) выделили две подфазы. Первая фаза характеризуется развитием эмоционального напряжения, что соответствует энцефалографической картине бодрствования, в состоянии напряжения. Затем следует вторая подфаза во время которой происходит «снятие напряжение», что соответствует энцефалограмме в состоянии удовлетворения какой-либо потребности.

Если вас заинтересовала эта статья, не поленитесь, прочитайте книгу, которая поможет вам разобраться в ваших собственных сновидениях. Ведь как утверждал сам З.Фрейд, наиболее полно расшифровать сон может лишь сам сновидец.

Фрейд осознанные сновидения

Иногда, когда человек спит, — пишет Аристотель, — нечто в его сознании позволяет ему понять, что все происходящее — лишь сон».1 Из этого можно заключить, что в среде склонных к философии афинян явление осознанного сновидения было хорошо известно уже в IV веке до н. э. То же можно сказать и о сороковом веке до н. э. Ведь вполне вероятно, что люди переживали случайные осознанные сновидения с тех пор, как начали употреблять слово «сон». Однако письменные свидетельства об осознанных сновидениях появились лишь в IV веке н. э.

Блаженный Августин рассказывает, что все сомнения сновидца были полностью развеяны. Убедительность таких аргументов (если бы они не сопровождались осознанным сновидением) весьма слаба. Юноша, утешавший Геннадиуса, мог объяснить природу глаз, которыми тот видел во сне, не лучше самого Геннадиуса. Несмотря на все доводы Аристотеля, для Геннадиуса и большинства его современников «видеть» означало «верить». Что-то увиденное во сне было для них не просто образом, а реальным объектом, существовавшим где-то вне сновидца. Поэтому все эти видения пытливый ум человека объяснял реальным существованием глаз сновидения.

Аналогичные размышления приводили к предположениям о наличии у тела сновидения, как и у реального физического тела, органов чувств. Это второе тело, тело сновидения, могло нормально функционировать, когда физическое тело оставляло все дела и засыпало. Из всего этого легко было заключить, что эти два тела полностью независимы.

Другими словами, используя психические эксперименты, йогин на реальных переживаниях учится тому, что характер любого сна можно изменить или преобразовать усилием собственной воли. Продвигаясь дальше по пути обучения, он понимает, что разнообразие сюжета сновидений — это лишь игра его ума и что оно является зыбким миражом. Еще через некоторое время ученик постигает, что сущность формы и всех вещей, воспринимаемых в состоянии бодрствования органами чувств, настолько же нереальна, как и их отражение в сновидениях. Оба эти состояния являются проявлениями сансары. Последний шаг приносит Великое Постижение: внутри сансары ничто не может быть реальнее сновидений.3

Те читатели, для которых эти слова нуждаются в дополнительных объяснениях, возможно, найдут их в главе 10. Там мы вернемся к этой теме. Очевидно, аналогичная практика примерно в то же время существовала и в Индии. Несмотря на то что тантра была в основном устной традицией, передававшейся от учителя к ученику, сохранился, датированный Х веком тантрический текст, посвященный методам сохранения осознанности после засыпания. Однако описание их очень непонятно и почти не поддается расшифровке. Например, в тексте говорится о достижении власти над сновидениями через «промежуточное состояние», возникающее в результате погружения в «глубокое созерцание» и перехода в «состояние слияния сна и бодрствования».4

Через несколько веков, в период расцвета ислама, появляются новые упоминания об осознанных сновидениях. В XII веке известный арабский суфий Ибн-аль-Араби, известный под именем Величайший Мастер, утверждал, что «во время сна человек может управлять своими мыслями. Тренировка подобной бдительности… приносит личности огромную пользу. Каждый должен пытаться развивать у себя эту полезную способность».5

Столетие спустя св. Фома Аквинский вскользь коснулся темы осознанных сновидений, цитируя предположение Аристотеля о том, что иногда во время сна чувства не исчезают полностью. Он утверждал, что это случается «в конце сна у спокойных людей, наделенных сильным воображением». И далее: «… но не одно лишь воображение сохраняет свободу, отчасти свободен и здравый смысл. Иногда во время сна человек способен понимать, что видит сновидение, и различать вещи и их образы».6

У нас есть доказательства того, что в средневековой Европе осознанные сновидения были хорошо известны. Однако репутация сновидений была в то время не из лучших, нередко их рассматривали как проделки бесов. Поэтому открытое обсуждение осознанных сновидений могло стать поводом для аудиенции у местной инквизиции.

Однако мне хотелось бы обратить внимание читателя на тех из них, кто откликнулся на призыв Рихарда Вагнера превратить бессознательное в сознательное и занялся исследованием осознанных сновидений. Ярким их представителем является Маркус д’Эрви де Сен-Дени. Днем он был профессором-китаистом, а ночью — настойчивым и самоотверженным экспериментатором, усердно записывающим свои сны (записи велись им с тринадцати лет). Зигмунд Фрейд, родившийся в день тридцатичетырехлетия Сен-Дени, называл его «самым энергичным оппонентом тех, кто выискивал уничижительные физические объяснения сновидениям».7

Его замечательная книга «Сновидения и как ими управлять», вышедшая в 1867 году и недавно в сокращенном варианте переведенная на английский8, является документом, повествующим о более чем двадцатилетних исследованиях.9 К сожалению, оригинальное издание никогда не было широко доступно. Фрейд, например, упоминает, что ему не удалось достать копию, «несмотря на все усилия».

Остается только сожалеть, что основатель психоанализа был лишь поверхностно знаком с возможностями осознанных сновидений и управления ими. В первой части книги Сен-Дени описывает последовательное развитие своей способности управлять снами: сначала возрастала способность вспоминать сновидения; затем появилось понимание того, что происходящее — сон; затем шло обучение просыпаться усилием воли, и, наконец, была выработана способность направлять ход сна. Во второй части автор описывает существовавшие ранее теории сновидений и предлагает собственные идеи, основанные на многочисленных экспериментах с самим собой. Приведенная ниже цитата поможет получить некоторое представление об идеях Сен-Дени:

Я спал и отчетливо видел все мелкие детали, украшавшие мой кабинет. Мое внимание привлек фарфоровый пенал, в котором я держал ручки и карандаши. На нем был необычный рисунок… Внезапно я подумал, что в реальной жизни всегда видел этот пенал только целым. А что, если я разобью его во сне? Как разбитый пенал будет выглядеть в моем воображении? И я немедленно разбил его вдребезги. Подобрав все кусочки, я внимательно осмотрел их. Края разлома были остры, а в нескольких местах трещины пересекали декоративный рисунок. Очень редко мне приходилось видеть сновидение подобной яркости.10

В 1887 году в статье, посвященной феномену автоматического письма, Майерс мимоходом отвлекается от темы и пишет следующее: «Я долго размышлял над тем, что мы слишком ленивы по отношению к собственным снам. Мы пренебрегаем прекрасной возможностью экспериментирования, отказываясь прилагать волевые усилия… Мы должны постоянно представлять себе, что хотим узнать и испробовать в сновидении. Отправляясь спать, мы должны внушать себе, что собираемся предпринять эксперимент — провести в сновидении часть бодрствующего сознания, которая способна напомнить нам, что мы действительно спим, и побудить к психологическому экспериментированию». Дальше Майерс приводит собственный «любопытный сон», надеясь, что «его банальность в чем-то, возможно, отведет подозрения в преувеличении»:

Ни один из этих психологов никогда больше ни словом не обмолвился о явлении, которое они считали лишь занятной диковинкой. С другой стороны, Эрнст Мах из Венского университета подкреплял свое мнение о том, что он называл проявлением инертности внимания в сновидении, следующим высказыванием: «Иногда интеллект спит лишь отчасти… в состоянии сна мы можем реагировать на сновидения, опознавать их по необычности происходящих событий, но немедленно снова успокаиваемся». В этой же заметке прославленный психолог продемонстрировал свое личное знакомство с осознанными сновидениями:

В то время я был очень увлечен вопросом восприятия пространства, и мне приснилось, что я гуляю в лесу. Внезапно я обратил внимание на неправильное расположение деревьев в перспективе и благодаря этому понял, что сплю. Искажение перспективы при этом сразу исчезло.12

«существует множество людей, которые могут достаточно ясно осознавать, что спят и видят сон, и, таким образом, обладают возможностью сознательного направления своих сновидений. Если, например, подобный сновидец оказывается неудовлетворенным течением сновидения, он может, не просыпаясь, прекратить его и начать все снова — так популярный драматург под давлением может придумать для своей пьесы счастливый конец».14

У Фрейда есть еще одно упоминание об осознанных сновидениях, по-моему, больше говорящее не о феномене, а о самом Фрейде: «Если же такой человек видит сновидение, приводящее его в сексуальное возбуждение, он может сказать себе:

«Я не хочу, чтобы это продолжалось и окончилось поллюцией. Я сдержусь и подожду реальной ситуации».15 С помощью психоаналитических методов в герое фрейдовского замечания — безымянном сновидце из издания 1909 года — можно с легкостью узнать самого Фрейда. Основываясь на этой интерпретации, можно сделать предположение, что Фрейд изредка переживал осознанные сновидения, однако под давлением своего моралистичного суперэго был вынужден придумывать для своих сновидений «правильные», но не всегда счастливые окончания. Чрезмерная стыдливость и чувство вины за сексуальные фантазии, свойственные XIX веку, могут быть более чем достаточным объяснением воздержания от реализации своих желаний во сне. Несмотря на свое интеллектуальное любопытство к вопросам сексуальности, Фрейд был викторианцем.

Возможно, приведенный ниже отрывок проливает свет на наклонности, обусловившие относительную стерильность взглядов Фрейда на мир сновидений. Во всех последующих работах ко всему сказанному об осознанных сновидениях Фрейд не добавил ничего, кроме разве единственного параграфа в четвертом издании книги о снах (1914 г.):

«Маркус д’Эрви де Сен-Дени… заявлял, что приобрел способность ускорять течение сновидений по своему усмотрению и сознательно изменять их содержание. Создается впечатление, что в его случае желание спать заменяется другим сознательным желанием — увидеть сновидение и наслаждаться им. С подобным желанием сон согласуется так же, как и с умственной установкой, заставляющей проснуться в случае достижения определенных условий».16

Такой подход позволяет предположить, что, в отличие от Сен-Дени, у Фрейда не было желания наслаждаться сновидениями. Чувство вины, вызываемое любым наслаждением, возможно, было причиной столь редкого возникновения у него осознанных сновидений. Применив теорию психоанализа к ее основателю, можно заключить, что Фрейд обладал собственной установкой: просыпаться всякий раз, когда понимал, что спит и находится в опасности компромисса со своей жесткой моралью.

Фредерику Уиллемсу ван Эдену, голландскому психиатру и известному писателю, мы должны быть благодарны за термин «осознанные сновидения» и первые серьезные исследования в этой области. На протяжении многих лет ван Эден вел дневник своих сновидений, с особой старательностью отмечая случаи, когда быстро засыпал, «полностью помнил о своей дневной жизни и мог сознательно действовать».17 Увлекаясь всеми аспектами сновидения, ван Эден отмечал, что осознанные сны вызывали у него «страстный интерес». Первые свои наблюдения он в аллегорической форме описал в романе «Невеста из сновидений». Позже ван Эден объяснял это тем, что под вымышленной маской он мог «свободнее обращаться с деликатным материалом». В 1913 году ван Эден представил доклад в Общество психических исследований, в котором сообщал о своих 312 осознанных сновидениях, за период с 1898 по 1912 год.

«В этих осознанных сновидениях, — писал он, — реинтеграция психических функций настолько полна, что спящий достигает состояния совершенного осознания, становится способен управлять своим вниманием и свободно предпринимать различные волевые действия. В то же время с полной определенностью можно утверждать, что сон остается спокойным, глубоким и восстанавливающим силы». По удивительному стечению обстоятельств, первое осознанное сновидение ван Эдена было похоже на приведенное ранее сновидение Маха.

«Первый проблеск осознания, — пишет ван Эден, — я ощутил при следующих обстоятельствах. Мне снилось, что я парю над долиной, поросшей голыми деревьями. Я знал, что сейчас апрель, и заметил, как отчетливо и естественно выглядит каждая веточка. Затем, продолжая спать, я отметил, что мое воображение никогда бы не смогло создать сложную картину, в которой вид каждой веточки изменялся бы в точном соответствии с моим перемещением над деревьями».18

Ван Эден, как и Сен-Дени, которого он цитирует, уделял большое внимание экспериментированию со своими сновидениями. Иллюстрацией этого может служить следующий отчет:

9 сентября 1904 года мне приснилось, что я стою у стола возле окна. На столе располагалось множество различных предметов. Я прекрасно осознавал, что сплю, и раздумывал, какой бы эксперимент предпринять. Начал я с того, что попытался камнем разбить стеклянный предмет. Положив небольшой бокал на два камня, я ударил по нему. Бокал не разбился. Тогда я взял со стола бутылку хорошего вина и изо всех сил ударил по ней кулаком, сообразив, что в реальной жизни такой эксперимент мог бы иметь опасные последствия. Бутылка осталась целой. Однако, когда некоторое время спустя я снова взглянул на нее, она оказалась разбитой.19

«У меня все получилось, — продолжает ван Эден, — но с некоторой отсрочкой, подобно тому, как это бывает с актером, пропустившим черед своей реплики». Он объясняет, что благодаря этому у него создалось любопытное впечатление, что он находится «в поддельном мире, искусно сделанном, но с небольшими неувязками». И далее: «Я поднял разбитую бутылку и выбросил ее в окно в надежде услышать звон осколков. Я услышал ожидаемый звук и увидел даже, как побежала прочь пара псов. Я подумал, что этот комический мир на самом деле является довольно неплохой имитацией».20

Примерно в то же время, когда ван Эден проводил свои исследования в Нидерландах, французский биолог Ив Делаж занимался похожим изучением собственных осознанных сновидений. Вот как он описывает свои переживания:

Подобный же сон можно легко найти и в заметках Сен-Дени. Оба француза, похоже, имели одинаковый рациональный и экспериментальный подход к своим сновидениям.

Фоке называл свои осознанные сновидения Снами Знания, «потому что только тот, кто обретает (в них) знание, видит истинные сновидения». Оп рассказывал, что в Снах Знания он чувствовал себя «свободным, как воздух, и спокойным в осознании полной безопасности». «Я знал, — читаем мы у него, — что в случае любой неприятности всегда могу проснуться. Я двигался, подобно маленькому богу, любуясь волшебными пейзажами Мира Снов».24

Русский философ Петр Успенский, желая «проверить довольно фантастичную идею», явившуюся ему в молодости, спросил себя: «Возможно ли сохранять сознание в сновидении, то есть, зная, что спишь, продолжать думать сознательно, так же, как в бодрствовании?».25 Как и его предшественники, Успенский получил положительный ответ. Его интерес к осознанным сновидениям, или «состояниям полусна», как он их называл, заключался в простом наблюдении за возникновением и трансформацией сновидений. Он писал:

Все сновидения, пережитые мною в «состоянии полусна», были обычными. Однако я полностью сохранял сознание, мог видеть и понимать, как и из чего создаются сновидения, легко мог проследить их причину и следствие. Кроме того, в «состоянии полусна» я владел определенным контролем над сновидениями. Я мог создавать их и видеть то, что хотел, однако это не всегда удавалось, и такой феномен не должен быть понят буквально. Обычно я давал лишь начальный импульс, а далее сновидение разворачивалось само собой, иногда очень удивляя меня неожиданными и странными оборотами.26

Вот описание одного из «полуснов», пережитых Успенским:

Я помню, что однажды увидел себя в пустой комнате без окон. Рядом со мной был лишь маленький черный котенок. «Я сплю, — сказал я себе. — Но могу ли я удостовериться в этом? Нужно попробовать. Пусть этот черный котенок превратится в большую белую собаку. В реальной жизни это невозможно, и, если превращение произойдет, это будет означать, что я сплю». Не успел я закончить свою речь, как котенок немедленно превратился в собаку. В этот же момент исчезла противоположная стена, и за ней открылся горный пейзаж, украшенный лентой реки. «Любопытно, — сказал я, — но я не заказывал этот пейзаж. Откуда он взялся?»

Во мне начали оживать смутные воспоминания. Я вспомнил, что где-то уже видел этот пейзаж и он был как-то связан с белой собакой. Однако я чувствовал, что если буду продолжать воспоминания, то забуду важную вещь, которую должен запомнить, а именно то, что я сплю и сохраняю сознание…27

Вторая из этих двух статей появилась в немецком психологическом журнале два года спустя. Автор, д-р Харольд фон Моэрс-Мессмер, описал и прокомментировал двадцать два осознанных сновидения, пережитых им между 1934 и 1938 годами. Моэрс-Мессмер умел удивительно логично мыслить, что можно определить из следующего отрывка:

Стоя на верхушке невысокого и необычного холма, я оглядывал равнину, простиравшуюся до горизонта. Внезапно я сообразил, что не знаю, какое сейчас время года. Я посмотрел на солнце. Оно висело почти прямо надо мной и поражало своей яркостью. Внезапно я вспомнил, что сейчас осень и совсем недавно солнце было значительно ниже. «Если солнце перпендикулярно экватору, — подумал я, — то здесь оно должно быть видно под углом примерно 45 градусов. Поэтому если моя тень не соответствует моему росту — значит, я сплю». Я решил проверить это. Тень была на 30 сантиметров длиннее. Мне пришлось приложить заметные усилия, чтобы поверить, что этот ослепительно яркий пейзаж и все его особенности — лишь иллюзия.28

Научившись просыпаться во сне, Моэрс-Мессмер решил воспользоваться этой способностью для удовлетворения научного любопытства и произвел множество экспериментов с осознанными сновидениями. После того как его «нерушимый интеллект» погрузился в осознанное сновидение:

…Внезапно стало темно. Через некоторое время снова появился свет. Слово, которое давно держалось у меня на языке, наконец вырвалось: «Волшебство!» Я оказался в городе, на широкой, относительно пустынной улице. Возле одного из ближайших домов я увидел ворота. Они были закрыты, справа и слева располагались выступающие колонны. Колонны состояли из пяти кубических камней, поставленных один на другой, между ними было протянуто нечто в виде каменной гирлянды. «Это все должно вырасти!» — выкрикнул я. Поначалу ничего не случилось, даже несмотря на то, что я изо всех сил пытался вообразить, что ворота становятся больше. Внезапно второй большой блок слева стал рассыпаться огромным количеством мелких камней. Они все сыпались и сыпались, смешиваясь с песком, и вскоре от блока ничего не осталось, лишь огромная куча щебня лежала на земле. Я заглянул в образовавшуюся дыру и увидел серую стену позади.29

Этот отрывок иллюстрирует использование Моэрсом-Мессмером различных слов (например, «волшебство»), способных напомнить ему то, что он хотел предпринять в сновидении. В другом сне он хотел проверить, действительно ли люди разговаривают в сновидениях:

…Я был на широкой улице, по которой проходили люди. Несколько раз я хотел заговорить с кем-нибудь, но в последний момент начинал робеть. Наконец я собрал все свое мужество и обратился к проходившему мужчине: «Вы, обезьяна». Я выбрал эту фразу, чтобы спровоцировать его на грубый ответ. Он остановился и посмотрел на меня. Мне было неудобно, и я готов был извиниться. Но затем я услышал его голос: «Я ждал этого. Это уже давно тяготило ваш разум». Я не помню, видел ли я, как он говорит. Он продолжил свою речь тоном проповедника, однако я понимал, что скоро все забуду. Я схватил записную книжку и вытащил ее из кармана. Осознав всю абсурдность такого намерения, я отбросил книжку в сторону.30

Десять лет спустя американский психиатр Натан Раппорт описал радость осознанного сновидения в статье, озаглавленной «Приятных снов!». Согласно Раппорту, «природа сновидении лучше всего поддается изучению в тех редких случаях, когда человек осознает, что спит», и я полностью с этим согласен. Его метод вхождения в осознанное сновидение очень похож на метод Петра Успенского: «Перед сном, лежа в постели, экспериментатор должен периодически прерывать поток своих мыслей, настойчиво припоминая каждую мелочь, стремящуюся в этот момент исчезнуть из сознания». Привычка такой интроспекции вскоре станет распространяться и на сами сновидения. Энтузиазм Раппорта можно передать словами, которыми он заканчивает свою статью:

Почему бы не попытаться описать то волшебное великолепие сновидений, которое вспоминается так редко? Эти магические фантазии, странные, но прекрасные сады, это сияющее великолепие — все это может наблюдать только тот, кто проявляет активный интерес, изучая все восприимчивым бодрствующим разумом, благодарным за великолепие, превосходящим самые совершенные таланты, изобретаемые реальностью. Поразительная красота сновидений может сторицей воздать тому, кто их изучает. Но есть и более высокая цель. Уделяя внимание снам, мы сможем лучше познать и исцелить наш ум, не соприкасающийся в этот момент с реальностью. В приятных сновидениях скрывается множество секретов загадочного явления под названием «жизнь».31

Несмотря на то что осознанные сновидения известны со времен античности, лишь в XIX веке люди Запада поняли всю значимость этого феномена и занялись его исследованием. Здесь можно усмотреть параллель с электричеством. О нем знали еще греки, однако на протяжении тысячелетий оно считалось диковинкой. Научные исследования электричества заложили основу удивительному технологическому прогрессу, и оно получило множество неожиданных приложений. Одно из самых неожиданных будет описано в следующей главе, и относится оно к научным исследованиям осознанных сновидений.

Источники:
Глава 8
Читать "Возвращенное толкование сновидений, Глава 8. Функции и значение сновидений. Стр.35" Лаберж С.
http://bookap.info/snovidenie/laberzh_osoznannoe_snovidenie/gl35.shtm
Осознанные сновидения
В настоящее время выдвигаются многочисленные научные обоснования теории осознанных сновидений. Исследовательские группы ученых работают по изучению взаимосвязи во время сна сознания и тела в лабораториях с добровольцами
http://astro-germes.com/osoznannye-snovideniya/
Тайна сновидений
Тайна сновидений. Просто о сложном в теории З.Фрейда. Чем более странным нам кажется сон, тем более глубокий смысл он несёт. Толкование сновидений — книга, на мой взгляд, сложная. Читать её
http://www.b17.ru/article/tainasnovidenii/
Фрейд осознанные сновидения
Иногда, когда человек спит, — пишет Аристотель, — нечто в его сознании позволяет ему понять, что все происходящее — лишь сон».1 Из этого можно заключить, что в среде склонных к философии афинян
http://litresp.ru/chitat/ru/%D0%9B/laberzh-stiven/osoznannoe-snovidenie/5

COMMENTS